Место жительства ребёнка определено с отцом: как мы отбили иск матери в споре по статье 65 СК РФ

По статистике российских судов в спорах о месте жительства ребёнка суды более чем в 90% случаев оставляют ребёнка с матерью. Это дело — про оставшиеся проценты. Мать обратилась в Бабушкинский районный суд города Москвы с иском к отцу — определить место жительства восьмилетней дочери с ней. Отец предъявил встречный иск с зеркальным требованием — оставить дочь с ним. Бабушкинский районный суд отказал матери и удовлетворил встречный иск отца: место жительства несовершеннолетней дочери определено с отцом. Решение основано на заключениях комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава России, актах органов опеки и попечительства по четырём районам Москвы, а также на показаниях свидетелей и материалах дела.

Кто пришёл и с чем

Ко мне обратился отец восьмилетней девочки — житель Подмосковья, работающий в Москве. Семья распалась. Дочь 2015 года рождения фактически проживала с матерью, и до судебного разбирательства мать получала от отца алименты на основании судебного приказа мирового судьи от 08.02.2022. С отцом дочь общалась по графику, регулярно проводила выходные, праздники, часть каникул.

Ситуация обострилась к 2022 году. Мать обратилась в Бабушкинский районный суд города Москвы с иском к отцу: определить место жительства несовершеннолетней дочери с ней и установить порядок общения отца с ребёнком. Логика её требований была стандартной для таких споров: восьмилетняя девочка должна жить с матерью, отцу — порядок встреч по графику. Сторонам не удалось договориться в досудебном порядке.

Отец категорически не соглашался с тем, чтобы дочь продолжала жить с матерью. Он видел, как ребёнок меняется — становится напряжённым, тревожным, неохотно возвращается от него к матери. Видел, как мать формирует у ребёнка негативный образ отца. Видел, что у дочери уже сформировалось собственное желание — жить с папой. И при этом понимал: суды по таким делам в подавляющем большинстве случаев встают на сторону матери. Нужно было выстроить позицию так, чтобы суд увидел не «папу-эмоции», а доказательную картину: где ребёнку лучше, где обеспечены её интересы, где исключён эмоциональный прессинг.

Мы заявили встречный иск: определить место жительства несовершеннолетней дочери с отцом.

Правовая рамка: что говорит закон о месте жительства ребёнка

Когда родители живут раздельно, место жительства ребёнка определяется их соглашением. Если соглашения нет, спор разрешает суд. Это правило закреплено в пункте 3 статьи 65 Семейного кодекса РФ.

При разрешении такого спора суд исходит из интересов ребёнка и с учётом его мнения. Согласно статье 57 СК РФ ребёнок, достигший возраста десяти лет, вправе выражать своё мнение, и оно учитывается при условии, что не противоречит его интересам. В нашем деле дочери на момент рассмотрения было восемь лет — то есть формально статья 57 СК РФ ещё не действовала жёстко, но Верховный Суд РФ давно разъяснил: мнение ребёнка младше десяти лет также подлежит учёту, если ребёнок способен сформулировать своё отношение и оно осознанно.

Ключевое разъяснение — пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей». Пленум прямо указывает критерии, на основании которых суд решает вопрос о месте жительства ребёнка: привязанность ребёнка к каждому из родителей, братьям и сёстрам; возраст ребёнка; нравственные и иные личные качества родителей; отношения, существующие между каждым из родителей и ребёнком; возможность создания ребёнку условий для воспитания и развития (с учётом рода деятельности и режима работы родителей, их материального и семейного положения); другие обстоятельства. При этом, как подчёркивает Пленум, преимущество в материально-бытовом положении одного из родителей само по себе не является безусловным основанием для удовлетворения требований этого родителя.

Эту правовую рамку мы и заложили в позицию по встречному иску. Дальше — фактура.

Стратегия: пять линий, по которым мы выиграли это дело

Линия 1. Условия для проживания и развития ребёнка — у отца не хуже, у матери

Первое, что обычно делает суд в спорах о месте жительства ребёнка, — направляет запрос в органы опеки и попечительства по адресам обоих родителей. В нашем деле акты обследования жилищно-бытовых условий составили четыре управления социальной защиты населения (УСЗН) — по тем районам, где фактически проживают и где зарегистрированы стороны: УСЗН района Бабушкинский, района Раменки, района Фили-Давыдково, района Богородское. Все четыре акта зафиксировали одно и то же: у обеих сторон имеются необходимые условия для проживания ребёнка, оборудовано отдельное спальное место, в наличии письменный стол, игровые принадлежности, одежда по сезону.

Когда жилищно-бытовые условия равноценны, ни одна из сторон не получает «материального» преимущества. Этот пункт — про то, как НЕ выиграть дело быстро, но и про то, как не проиграть. У отца не было сильнее «квартиры», но и слабее тоже не было. Поэтому центр тяжести спора смещался от вопросов «где лучше квартира» к вопросам «где ребёнку лучше эмоционально».

Линия 2. Заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы

Это была главная экспертиза по делу. Определением суда от 13.03.2023 была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручили ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Эксперты дали три отдельных заключения от 23.05.2023:

• заключение № 830/а — психолого-психиатрическое освидетельствование отца: личность характеризуется адекватной самооценкой, эмоционально тёплым и доверительным отношением к ребёнку, прогностической позицией; в общении с дочерью обнаруживает зрелые родительские установки, способность к конструктивному и продуктивному взаимодействию;
• заключение № 831/а — психолого-психиатрическое освидетельствование матери: констатированы черты эмоциональной неустойчивости, фиксированности на собственных переживаниях, что снижает её способность к продуктивному и конструктивному взаимодействию с ребёнком и к выстраиванию устойчивой стратегии воспитания;
• заключение № 832/а — психологическое освидетельствование ребёнка: девочка с матерью «выживает», с отцом — живёт; в общении с матерью испытывает тревогу, эмоциональное напряжение, страх «не угодить»; в общении с отцом — спокойствие, доверие, эмоциональную близость; самостоятельно сформулировала желание проживать с папой.

Один абзац из заключения экспертов прозвучал в зале суда особенно громко: эксперты прямо указали, что мать ребёнка ведёт себя так, что у дочери формируется негативный образ отца — а это поведение само по себе разрушительно для психики ребёнка и противоречит её интересам. По существу — это констатация той самой проблемы, которую отец видел, но не мог самостоятельно доказать. Заключение Сербского сделало эту картину фактом.

Я подчеркну: экспертиза в Центре имени Сербского — одно из самых авторитетных в России учреждений для оценки психики и психологии. Заключение, выданное им, оспорить методически крайне сложно, и противоположная сторона этого не сделала.

Линия 3. Привязанность ребёнка к отцу — подтверждена свидетелями

Помимо экспертизы суд допросил трёх свидетелей. По правилам гражданского процесса свидетели по семейному делу не обязаны быть «независимыми экспертами» — это могут быть родственники, друзья, знакомые сторон. Но их показания оцениваются судом наряду с другими доказательствами, и в нашем случае они работали в одну сторону.

Свидетель — знакомый отца и матери — показал, что наблюдал общение отца с дочерью на протяжении многих лет: ребёнок к отцу относится с радостью, любит, окружена заботой и вниманием. Свидетель — знакомая отца и матери, имеет двух дочерей одного возраста с ребёнком сторон, регулярно видит их совместное общение в свободное время — подтвердила, что ребёнок чувствует себя у отца комфортно, между ними доверительные и эмоционально тёплые отношения. Свидетель — брат отца — также подтвердил факт активного и регулярного общения ребёнка с отцом и его семьёй.

Ни один из свидетелей не сказал ничего, что подорвало бы версию отца. Противоположная сторона не вызвала свидетелей, которые бы доказательно опровергли позицию о привязанности ребёнка к отцу.

Линия 4. Режим работы и реальная вовлечённость отца

Один из критериев, прямо названных Пленумом Верховного Суда, — род деятельности и режим работы родителей. Это важный практический вопрос: ребёнок не может быть «брошен» с няней целыми сутками, и суд хочет понимать, кто фактически проводит с ним время.

Мы представили в суд документы о режиме работы отца, его рабочем графике, отпускном расписании. Картина получилась убедительной: отец имеет возможность ежедневно проводить с дочерью время после школы, заниматься с ней уроками, водить на дополнительные занятия и кружки, проводить вместе выходные и каникулы. Отец фактически вовлечён в её жизнь — а не «вспоминает» о ней раз в неделю.

Тут же мы показали и то, что отец берёт на себя финансовую сторону содержания ребёнка в полном объёме — с готовностью отказаться от алиментов, которые до этого взыскивались с него в пользу матери по судебному приказу. Это снимало одно из стандартных контраргументов, который часто звучит в таких делах: «отец только платит, а мать воспитывает». В нашем деле отец и воспитывает, и содержит.

Линия 5. Ссылка на нормы международного права

Это академическая, но важная для суда деталь. Спор о месте жительства ребёнка — спор, в котором интересы ребёнка стоят выше формальных предпочтений родителей. Эту позицию закрепили не только Семейный кодекс РФ, но и международные документы, к которым Россия присоединилась.

Мы сослались на статью 3 Конвенции ООН о правах ребёнка от 20.11.1989: во всех действиях в отношении детей первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребёнка. На статью 18 этой же Конвенции: государства-участники обеспечивают признание принципа общей и одинаковой ответственности обоих родителей за воспитание и развитие ребёнка. На принцип 6 Декларации прав ребёнка ООН от 20.11.1959: ребёнок для полного и гармоничного развития нуждается в любви и понимании. И на Федеральный закон от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации» — он закрепляет приоритет интересов ребёнка как принцип государственной политики.

Эти ссылки не были «для красоты». В мотивировочной части решения суд воспроизвёл их практически дословно. Когда суд видит, что сторона грамотно встроила международные стандарты в обоснование, это создаёт ощущение «выверенной» позиции, в которой эмоции уступают место правовой логике.

Что заявила противоположная сторона

Мать настаивала на стандартной фабуле: ребёнок маленький, девочка, восемь лет, привычно живёт с матерью, у неё своя комната, рядом школа. Просила определить место жительства дочери с собой, а отцу установить порядок общения — по выходным и часть каникул. Эту позицию её представитель отстаивал в каждом заседании.

Но в момент, когда поступили заключения Сербского, эта позиция стала разваливаться. Эксперты не подтвердили тезис о «лучшем для ребёнка нахождении с матерью»: наоборот, констатировали тревожность, эмоциональное напряжение, формирование негативного образа отца. Противоположная сторона не заявила ходатайство о повторной экспертизе и не представила собственного психологического заключения, которое могло бы оспорить выводы НМИЦ им. В.П. Сербского. Это процессуальная ошибка: когда такой важный документ работает против тебя, нужно идти в контратаку — или принимать его как факт.

Решение Бабушкинского районного суда города Москвы

Гражданское дело № 2-225/23, УИД 77RS0001-02-2022-003029-41. Председательствующая — судья О.В. Фомичёва. Резолютивная часть оглашена 31 августа 2023 года, мотивированное решение в окончательной форме — 5 сентября 2023 года.

Резолютивная часть:

• в удовлетворении исковых требований матери к отцу об определении места жительства ребёнка с матерью и определении порядка общения — отказать;
• встречные исковые требования отца к матери об определении места жительства ребёнка с отцом — удовлетворить;
• определить место жительства несовершеннолетней дочери, 29 апреля 2015 года рождения, с отцом.

То есть суд развернул ситуацию на 180 градусов: ребёнок, который до этого жил с матерью и получал от отца алименты, теперь по решению суда живёт с отцом. Это нетипичный, но юридически обоснованный исход.

Решение могло быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. По нашим материалам апелляционная жалоба не привела к отмене решения, и оно вступило в законную силу.

Итог: что получил клиент

• Место жительства восьмилетней дочери определено с отцом — решение Бабушкинского районного суда города Москвы от 31.08.2023 по делу № 2-225/23.
• В удовлетворении иска матери об определении места жительства ребёнка с ней отказано полностью.
• Снят психологический прессинг, формировавший у ребёнка негативный образ отца — что зафиксировано в заключении НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского.
• Восстановлено реальное участие отца в воспитании, образовании и развитии ребёнка.
• Юридическое основание для пересмотра ранее выданного судебного приказа о взыскании алиментов с отца в пользу матери (теперь — с противоположной стороны, по правилам ст. 80, 81, 119 СК РФ).

Что стоит знать из этого дела

Несколько практических выводов, которые работают по семейным спорам в Мытищах, Москве и по всей Московской области.

Первое. Не верьте мифу о том, что «суды всегда отдают детей матери». В законе нет нормы, которая закрепляла бы такое преимущество. Пункт 3 статьи 65 СК РФ и пункт 5 Постановления Пленума ВС РФ от 27.05.1998 № 10 устанавливают совершенно нейтральные критерии: интересы ребёнка, его привязанность, нравственные и личные качества каждого из родителей, условия воспитания и развития. Преобладание решений в пользу матери — это статистика, а не норма. Норма — это всегда индивидуальная оценка ситуации судом.

Второе. Главное доказательство в таких делах — комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Без неё спор о месте жительства ребёнка фактически решается на уровне эмоций. С ней — на уровне фактов. Если экспертиза назначена и есть основания полагать, что её выводы будут в вашу пользу, доводите её до конца. Если выводы оказались не в вашу пользу — заявляйте ходатайство о повторной экспертизе, аргументированно, с указанием на методические или фактические недостатки первой. Молчание в этой ситуации работает против вас.

Третье. Акты органов опеки и попечительства — обязательный документ. Готовьте дом к проверке: отдельное спальное место для ребёнка, рабочий стол, игровые принадлежности, чистота, наличие еды в холодильнике. Если у вас квартира меньше, чем у второй стороны, — это не катастрофа: суд оценивает достаточность условий, а не их превосходство.

Четвёртое. Мнение ребёнка имеет значение и до 10 лет. По статье 57 СК РФ ребёнок 10 лет и старше вправе выражать мнение, которое учитывается, если не противоречит его интересам. До 10 лет — формально это не обязательное правило, но Верховный Суд РФ давно разъяснил, что суд может и должен учитывать осознанное мнение ребёнка младшего возраста. В нашем деле дочери было восемь, и её позиция «хочу с папой», зафиксированная экспертами Сербского, оказалась критически важной.

Пятое. Свидетели — это не «галочка». Хорошо подготовленные свидетели, которые знают семью изнутри, родственники, друзья, соседи, тренеры из секций — могут существенно укрепить позицию. Главное — чтобы они говорили о фактах, а не давали оценок: «я видел, как ребёнок радостно встречает отца», а не «отец у нас хороший человек».

Шестое. Алименты можно пересмотреть. После того как место жительства ребёнка определено с другой стороной, ранее выданный судебный приказ или решение об алиментах в пользу прежнего «основного» родителя пересматривается. По статье 119 СК РФ изменение материального или семейного положения сторон — основание для изменения размера алиментов или их отмены. По статье 80 СК РФ обязанность по содержанию ребёнка лежит на обоих родителях, и теперь алиментные обязательства возникают у того родителя, с которым ребёнок уже не живёт.

Если у вас похожая ситуация

Я — юрист Антон Сергеевич Ковалёв, веду семейные споры в Мытищах, Королёве, Пушкино, в Мытищинском городском округе и по всей Московской области, а также в Москве. Специализация — споры о месте жительства ребёнка, определение порядка общения с ребёнком, лишение и ограничение родительских прав, взыскание и изменение размера алиментов, раздел совместно нажитого имущества супругов, бракоразводные процессы. Веду дела в Мытищинском городском суде, Бабушкинском и других районных судах Москвы, Московском городском суде, Московском областном суде.

Если вы отец и боитесь, что суд автоматически оставит ребёнка с матерью, — это ошибка. У отцов есть равные права с матерями, и в каждом конкретном деле важна не статистика, а доказательная позиция: акты опеки, заключения экспертов, свидетели, режим работы, реальная вовлечённость в жизнь ребёнка. Если вы мать и опасаетесь, что отец попытается «отобрать» ребёнка, — реагируйте процессуально грамотно, не давайте козырей в виде эмоциональных конфликтов и тем более — формирования у ребёнка негативного образа второго родителя: эксперты увидят это сразу.

В семейных спорах сроки часто играют против вас. Чем дольше ребёнок живёт в неблагоприятной обстановке, тем сложнее потом ситуацию переломить. Если у вас намечается спор о месте жительства ребёнка, об определении порядка общения, о раздельном проживании или об алиментах — напишите или позвоните. Разберём вашу ситуацию: оценю перспективы, объясню, какие документы нужно собрать, какие свидетели имеют смысл, как готовиться к экспертизе и общению с органами опеки.